Илья-премия


2009

НОВОСТИ ЛИТЕРАТУРЫ

  • 11.04.07. ЭССЕ
  • Анастасия Яковлева-Помогаева (Одесса). Индустрия простеста

    Родилась в городе Одесса, окончила музыкальное училище им.К.Ф.Данькевича по классу фортепиано, учится на философском факультете Одесского Национального унивеситета. Руководитель творческого объединения "LITO.ОДЕССА".


    Здравствуйте, мастера маскировочного эпатажа.

    Изначально предвижу вашу реакцию на написанное мной. Меня сразу же обвинят в бюрократической тягомотине, вкусовщине, заскорузлости мышления, в приверженности примитивному реализму. Да и мало ли ярлыков могут нацепить современные "свободомыслящие" люди. Поэтому, в своей статье я не буду пользоваться голословной риторикой, а воспользуюсь периодическими изданиями, тиражирующими интервью со знаменитыми эпатажистами. Достойно прокомментировать которые мне поможет книга социолога Пьера Бурдье (Бурдье П. Социология политики - М.: Socio-Logos, 1993 - 336с). Но в начале предыстория.

    1517 год. Витенбергский монах, Мартин Лютер прибил над входом в собор свои знаменитые "Девяносто пять тезисов", с которых началась история Протестантизма. Не имеет смысла подробно останавливаться на их содержании, достаточно отметить одно, а именно, что церковь не может быть посредником между Богом и человеком, и человек спасается исключительно за счет своей ИНДИВИДУАЛЬНОЙ веры. То есть, церковь уже мыслилась не как "Мистическое Тело Христово", а как сумма индивидов, которых объединяет лишь некоторая общность убеждений. Таким образом, акцент был смещен с общего на индивидуальное. Возникает вопрос, почему тезисы Лютера так пришлись по вкусу немецкому бюргерству, что подвигли его на борьбу с католической церковью? Потому, что давали возможность мелкому, ущемленному в правах буржуа чувствовать значимость своего "Эго". И это положило начало формированию идеологии, ныне называемой "либерализм". Либерализм - идеология уже чисто светская, а потому в ней более рельефно выступает то, что в протестантской идеологии содержалось еще в зачаточном состоянии. То есть такие идеи как "свобода личности", "безусловное право иметь собственное мнение", "право на свободную самореализацию" (можно подумать, что это исполняется, впрочем, идеология, по определению, ложное сознание). В современных условиях все эти красивые лозунги на деле оказываются чистой фикцией. При внимательном взгляде обнаруживается их функция в качестве ширмы для прикрытия чисто буржуазных филистерских интересов, что было блестяще проиллюстрировано Бурдье в работе "Политические позиции и культурный капитал".

    К сожалению, Бурдье не знал ни Алины Витухновской, ни Андрея Родионова (с его "шедевральным" стихотворением "Я бы создал музей пизды") ни прочих представителей "актуальной поэзии". Действительно очень жаль, что маэстро не побывал в такой трогательной кунсткамере постсоветской эпохи. Он бы нашел благодатную почву для применения своего метода не только для политического поля, но и для поля литературного.

    Эпатаж был присущ всегда всем видам искусства. Достаточно вспомнить шокирующие выходки французских дадаистов, или русских футуристов. Но в то время эпатаж применялся скорее как средство, нежели как цель. Это была действительно перчатка в лицо мещанскому обществу, как в свое время сказал Маяковский:


    "Трясущимся людям
    в квартирное тихо
    стоглазое зарево рвется с пристани "


    Но с начала девяностых годов двадцатого века ситуация кардинально изменилась. Наступила эпоха симулякров, то есть подделок. В политике (достаточно вспомнить революции всех цветов радуги), рекламе (классический пример), симуклякры так называемых "рок - групп" ("Король и Шут", "Земфира", "Муммий Тролль", "Ленинград" которые все причисляют к року, но совершенно не понятно какое отношение они имеют к подлинному духу рок музыки и рок поэзии.). То же самое творится и в литературе. Мещанское общество поняло, что протест - штука коммерчески выгодная, и, похоже, возникла целая индустрия производства протеста.

    Насколько симулякр, названный - "актуальной литературой", калькируя форму протеста, является таковым на самом деле?

    Ярким отличием симулякра от оригинала является желание угодить определенному слою населения. Наиболее продвинутые писательские особи умудряются угождать сразу нескольким целевым аудиториям. Для этого достаточно вступить в какую-то маргинальную партию типа российской НБП или украинской Поры, которые на самом деле не имеют никакого реального политического влияния, но при этом создают много шума. В такой ситуации писательскому симулякру очень комфортно. Он может только кидать "шокирующие" лозунги и ничего реально не предпринимать, одновременно угождая недовольным политикой правительства слоям населения, а так же самому правительству тем, что потенциал протеста нейтрализует в социально приемлемую форму. Говоря проще, крикнувший: "Бей вора", за самим вором боится бежать. Хрестоматийный пример- Эдуард Лимонов.

    Использование молодежного ресурса. Молодежи куда более просто что-либо "впарить", чем взрослому человеку (например, средний возраст участников фестиваля "актуальной" поэзии не превышал 30 лет (Полит.Ру)).

    Солидного же возраста писатель-симулякр отчаянно молодится и зачастую подыгрывает молодежи, одеваясь, как она, используя молодежный сленг, то есть, маскируясь во всю. Подростки больше подвержены "стадному инстинкту". Уже имея потребность в интеллектуальном общении, еще не умея отделять "зерна от плевел", попадаются на крючок протестности. Но подобную маскировку можно подать лозунгом. Например, как делает это одна из особей, практикующих дешевый эпатаж, а именно Алина Витухновская в своем интервью журналу "ШО" (№9, сентябрь 2006 года): "ШО: Что пленит тебя в юных мальчиках? А.В.: В молодых людях мне близок БУНТОВСКИЙ (это не описка, так в журнале было написано, так что сие бунтовское не бунтарское "выражовывание" не на моей совести) дух, который подавляется обществом и возрастом.

    К подобной маскировке можно отнести и постоянное использование мата, чаще бессмысленное, чем имеющее хоть какую-то смысловую нагрузку. Подростки ругаются матом? Так и мы "в доску" свои, контркультурные. Хочу процитировать особенно понравившейся мне кусочек интервью того же журнала с Сергеем Жаданом ("ШО"№3 Март 2006): "ШО: У тебя ведь есть настоящие диалоги! С.Ж: ...потому что я употребляю слово "х.й"."

    Не подумай, наивный читатель, что умение создать диалоги зависит от мастерства автора. Рецепт диалогов, как оказалось, очень прост. Главное матернуться четыре раза на три слова, и правда-матка жизни высказана.

    Кроме того, как добропорядочные истинные буржуа от пера, современные эпатажные поэты стремятся высказать свое мнение, "принципиально" отличное от других, везде, где это можно, и в основном, где это не важно. Причем, вне зависимости от того, компетентны ли они в подобных вещах или нет. "Так, можно было показать, что противопоставление между редким, изысканным, избранным, уникальным, исключительным, непохожим, незаменимым, несравнимым, оригинальным и общим, вульгарным, банальным....со всеми примыкающими сюда противопоставлениями - все это является одним из основополагающих измерений моральной и эстетической лексики буржуазии (другие организуются вокруг противопоставления достатка и бедности)". То есть, стремление эпатажистов к оригинальности и непохожести исходит не от них самих, а порождается существующей системой, и является одной из форм утверждения мировоззренческих установок господствующего класса. Лишним тому подтверждением является особенность говорить лозунгами, более чем характерная для эпатажистов низшего толка ( Алина Витухновская: "Я хочу быть Иисусом Христом зла, распятым на свастике..."( "ШО"№9 сентябро2006 стр 6.). То есть, можно высказывать любые абсурдные и "шокирующие" мнения, но не там, где это особо важно: "Но наивно эгоистические диспозиции мелких буржуа не имеют ничего общего с тонким эгоизмом тех, кто может утвердить единичность своей личности всей своей практикой и, прежде всего через свою профессию - свободную деятельность, свободно выбранную и свободно осуществляемую".

    Понимаю, что для полноты статьи , я должна была бы еще сказать о содержании подобных опусов, но имеет ли смысл говорить о том, чего, сущности, нет?

    Судите сами, а если есть желание, то и придумайте любую заумную концепцию для подобных стихов.


    Если бы был музей пизды,
    Я бы ходил в него каждый день,
    Хотя на улице и так музей пизды
    Каждый день, каждый день.
    Там, где над ржавыми фонарями
    Собираются ночные мухи,
    И там, откуда из мистических дверей наблюдают
    За тобой древесные духи.
    Везде праздник Весны,
    Везде повсюду спокойно,
    Лишь Она не приходит в музей пизды,
    Она хочет мне сделать больно.
    И я поднимаю перстень, сделанный индейцем,
    С дешевым треснутым сердоликом,
    С камнем, который когда-то был сердцем
    Крылатому ящеру с отвратительным ликом.
    И кричу ПОСИДИ ХОТЬ РАЗ СО МНОЙ,
    СПУСТИСЬ, ПОГОВОРИ СО МНОЙ.
    И кидаю перстень в мусорное ведро,
    И бегу со всех ног в сторону метро.
    Вдруг какой-нибудь пьяный мужик
    Место в парке мое займет
    И ТЫ к нему прилетишь
    И моим именем его назовешь.
    И он тогда вот удивится
    И, наверное, обрадуется
    Если ты, конечно, не явишься к нему в своем настоящем виде,
    В котором ты, мягко говоря, далеко не красавица.
    И даже если ты к нему явишься
    Крылатой зубастой бестией,
    Не исключено, что даже так ты ему понравишься.
    Что ж, так будет даже лучше, даже чудеснее.
    А я убегу, ведь мне важен
    Только сам факт чуда ожидания.
    Я не настолько, твою мать, отважен,
    Чтоб знакомиться с древнейшими жителями
    мироздания.
    Один лишь тот факт, что это мазово
    И все - мне достаточно - мне этого хватит,
    ТЫ прилетишь -
    А я уже в ново-ебенево
    В квартире, где мне,
    Ни о чем не спросив, накатят.

    Андрей Родионов
    "эпилептическая мясорубка"


    Или



    Отражение светского некрореализма
    Папа умер.
    Ты же, помнишь,
    Обещал
    Из снегурочки выпить кровь?
    Это не стих,
    А стихитрость,
    Когда вместо требуемого "любовь"
    В виду имеется "алюминий".
    Алина Витухновская


    И в завершение, вместо эпилога или даже постскриптума, хотелось бы сказать, что лично мне среди этого всего вороньего геволта было обидно увидеть Илью Кормильцева поддерживающего данную филистерскую компанию на фестивале "Киевские Лавры 2006".

    То ли это комплекс пожилого человека, который изо всех сил пытается показать, что он совсем не старый, то ли это куда более меркантильные мотивы (черт его знает), но мне очень грустно от того, что человек когда-то написавший потрясающие строки:


    "круговая порука мажет как копоть
    я беру чью-то руку а чувствую локоть
    я ищу глаза а чувствую взгляд
    где выше колен находится зад
    за красным восходом розовый закат"
    Альтернатива. Опыт в антологии рок-поэзии М, 1991, стр139)


    теперь во всю любуется этим мещанским задом, и даже в угоду ему, жирному и розовощекому, сочиняет бытописательские стишки, похожие на первые пробы пера недокурившегося до глюков пацаненка:


    "я сидел и смотрел в телевизор целый день
    я стрелял из пневматической винтовки в свою тень
    меня не тащит
    совсем не тащит
    ты просишь меня чтобы я встал и пошел
    пошел туда где нам с тобою будет хорошо
    но нам с тобой нигде не будет хорошо
    раз нас не тащит
    совсем не тащит.."
    (http://www.proza.com.ua/events/poezija_xxl.shtml)


    Не могу понять, почему с талантливыми людьми такое происходит?

    Я только надеюсь, что действительно самостоятельно мыслящие люди никогда не станут немыми целовальниками красной павианьей задницы обывательской по своей сути, якобы литературы, "эпатажной" и "актуальной".


    Произведение вошло в лонглист конкурса. Номинатор - Русский Эпиграф
    © Анастасия Яковлева-Помогаева. Индустрия простеста

15.04.11. ФИНАЛИСТЫ конкурса-акции "РУССКИЙ ХАРАКТЕР: НОВЫЙ ВЗГЛЯД" (публицистика) - в рамках Илья-премии:: 1. Кристина Андрианова (Уфа, Башкирия). По дороге к надежде, записки. 2. Вардан Барсегян (Новошахтинск, Ростовская область). Русский дух, эссе. 3. Оксана Барышева (Алматы, Казахстан). Верность родному слову, эссе. 4. Сергей Баталов (Ярославль). Воспитание характера, статья. Уроки рыбьего языка, или Дао Иванушки-дурачка, эссе. 5. Александр Дудкин (Маза, Вологодская область). Болезнь роста. Лишь бы не было войны. Бессмысленная беспощадность. Коллективизм индивидуалистов, заметки. 6. Константин Иванов (Новосибирск). Конец русского характера, статья. 7. Екатерина Канайкина (Саранск, Мордовия). Русский характер, эссе. 8. Роман Мамонтов (Пермь). Медный разрез, эссе. 9. Владимир Монахов (Братск, Иркутская область). Доморощенная сказка про: русское "можно" и европейское "нельзя", эссе. 10. Евгений Писарев (Тамбов). Зал ожидания, заметки. 11. Дмитрий Чернышков (Бийск, Алтайский край). Спаситель №25, эссе. 12. Галина Щекина (Вологда). Размышления о русском характере, рассказы. Конкурс проводится Фондом памяти Ильи Тюрина, журналом "Журналист" и порталом для молодых журналистов YOJO.ru. Окончательные итоги конкурса будут подведены в Москве 14-15 мая 2011 года – в рамках литературных чтений "ИЛЬЯ-ПРЕМИЯ: ПЕРВЫЕ ДЕСЯТЬ ЛЕТ".


ПРОЕКТЫ ЛИТО.РУ

ТОЧКА ЗРЕНИЯ: Современная литература в Интернете
РУССКИЙ ЭПИГРАФ
Литературный конкурс "БЕКАР"
Имена Любви
Сатирикон-бис
Дорога 21
Книгоиздание
Шоковая терапия

Кипарисовый ларец
Кирилл Ковальджи
Памяти А.И.Кобенкова
Дом Ильи

Происшествие
Каникулы
Каренина

Наш выпуск
Студия WEB-техника
Цветной бульвар

ССЫЛКИ

Ссылки





 

© Фонд памяти Ильи Тюрина, 2007. © Разработка: Алексей Караковский & студия "WEB-техника".