Илья-премия


2009

НОВОСТИ ЛИТЕРАТУРЫ

  • 18.05.09. ПОЭЗИЯ
  • Борис Кутенков (Москва). Небесная бездна

    Поэт. Студент Литературного института.


    ***


    Тропа приоткрыта луной, как контекстом - пароним.
    Садовые лилии в гуле ночном потонули.
    Фрагменты мозаики, скрытой от глаз посторонних,
    Проносятся, в гамму собраться спеша цветовую.
    И в смальте блеснули: смешливость лазурного взгляда;
    Плетень, иссушённый пастельно-недвижимой ленью;
    Пастух, матерящий козу, что отбилась от стада,
    И день по-над всем – чуть звенящий, сосудистый, летний.
    О Господи, лето, и я – невидимкой, пыльцою…
    Ещё ни о чём не жалеет грядущее Слово,
    Не знает, чем станет – началом ли света, концом ли,
    Цветочным жужжанием, запахом, выкриком совным.
    Садовые лилии. Тень фонаря. Копоть детства.
    Спондей, обронённый в траве егозливой природой.
    Тропа, приоткрытая сном, как омоним – контекстом.
    ...Ещё ощущенье, и контур – на ощупь, на одурь.



    ***


    Ты говоришь - мол, нам нечего больше делить?
    Как бы не так! Позабыв о гордяцком покое,
    Стану - большая дорога, клинок, волчья сыть,
    Клацну зубами, оттяпаю кровно-родное.
    Много добра забираю, тебя обобрав
    До сыроежечной нитки, до сенной соломки:
    Плотную зелень лугов, медоточие трав,
    Хвойные лужицы, запах солёный и ломкий.
    Господи, сколько всего - унести бы в горстях!..
    Граблю бесстыдно, монгольно, - глаза завидущи.
    Галочьи гуды на чёрных тревожных ветвях,
    Беличьи скоки в верховьях берёзовой кущи.
    И, напоследок, прощальный удар нанося, -
    Голос над крышей покатой, над гладью озёрной,
    Божьей росою питавший вокруг всё и вся,
    Ставший отныне раздельным, оплёванным, сорным.
    Татем взовьюсь, хиросимно, хатынно губя!
    Но - не почувствуешь нищей себя, уверяю,
    Ибо не знала, что всё это есть у тебя,
    Тысячи раз невзначай напоказ выставляя.
    Впрочем - оставлю сполна, от щедрот! Разберёшь,
    А не поймёшь - хоть подержишь занятной блестяшкой:
    Месяц над стогом, зелёную греющий рожь
    И в полутьме уводящий дорогой бродяжьей.
    Если опомнишься - бросишь репейную рать:
    Лес непролазен, полны наши пороховницы.
    Совно завоешь, замашешь: догнать! удержать!
    Взглянешь на месяц, где темь золотая струится.
    Мы сговорились! Колдобистой глиной путей
    Пусть закружит-позаблудит, собьёшься - всё тщетно!
    О, не ищи!.. Просто смайл на ладони твоей -
    Медным грошом единенья и знаком прощенья.



    ***
    "Хорошо то пишется, что выжжется
    Болью, раскалённой добела..."
    Анатолий Жигулин.


    Расстоянье – склеенными паззлами.
    Расставанье – хрустом позвонка.
    Чемоданы. Юг. Христа за пазуху,
    Ветра в паруса и – пол-звонка.
    Лишь вина сочится винным маревом,
    Кровью обесстрочивая залп.
    Душу перевязываю марлевым
    Взглядом, неотвязным, как лоза.
    В небе губ, в - непрочно-непорочной их
    Дерзости, в - открытости плеча
    Чахлы сорняки обид беспочвенных,
    Беспредметны ревность и печаль.
    Ты летишь – священна, как реликвия,
    Я стою - недвижен, как реликт…
    О, когда к устам твоим приникну я,
    Чтобы вырвать грешный свой язык
    И благословить,себе не дав орать,
    Тишиной земною в путь, как в бой, -
    Боль, овеществлённую метафорой,
    Боль, пресуществлённую тобой.



    ***


    Ты была моим зеркалом, что с прямотою зоила
    Отражало (и неча пенять!), что душонка крива.
    Ты меня понимала и, может быть, даже любила,
    Но чащобу покинула вовремя (тут и молва,
    И чрезмерность безумца, и аэрозольность распыла).

    О, смешная девчонка с внезапностью нежной тигрицы!..
    Расскажи мне, какого склоненья юродство-родство
    Нам когда-то друг в друга позволило вылиться-слиться
    И воссоединиться в надёжный и крепкий раствор.
    Расскажи мне - пускай для сторонних ушей не годится.

    Расскажи. Я услышать готов - пусть не в радужных красках
    (Ибо истая правда чужда завитушных затей),
    Про того, кто стремился закутаться в ложную страстность
    И, как мачеха в сказке, всех быть и милей, и белей,
    Перекрыть (неудачно) пытаясь чужое пространство.

    Вот и вышло...

    Ты была моим зеркалом. Смотришь - теперь пустота в нём.
    Скоро утро, и ночь хороша и темна, и луна
    Любопытной профурой суётся в дождливые ставни.
    ... Подожди, пустозвон. Отвернётся вот-вот и она.



    ***


    Получаю почти забесплатно
    Манкий быт, припорошенно-сладкий,
    По и-мэйлу, с доставкою на дом,
    И на голову в виде осадков.
    Перевязанный розовым бантом
    И в обёртке, блестящей и новой,
    Получаю - небесною манной.
    А вокруг – столько счастья земного!
    Нищий скит и корпеющий стоик,
    За окном – гаражи, перелески.
    Пот воловий при свете настольном,
    Да успехов пьянящие всплески.
    Из стихов разбегаются люди,
    Как от нечисти, нехристи, волка.
    Закрываюсь враждою колючей.
    Зарываюсь в себя. Ненадолго.
    Вырываюсь опять огородным
    Пыльным пугалом, чмом, чудо-людом.
    Чемоданы пакую в дорогу.
    Раскрываю объятья кому-то.
    Врыт в родимую голь, но крамольно
    Всё топорщусь культяпками в небо,
    И шарахаюсь сам, как от моли,
    От подарочно-глянцевой неги,
    Ибо только в уроне и гаме
    Прорастаю мятежною тенью.
    Возникаю, пылю, и пугаю,
    И люблю, – безнадёжно, смертельно.



    ***


    "Вот и лето прошло", - приёмник
    Вторит августу в унисон.
    Приживальцем квартиры съёмной
    Закрываю на ключ сезон.
    Покидаю глазастость пижмы,
    Дичь крапивы, полей межу.
    Ни пол-рифмы уже не выжму,
    Ни пол-строчки не напишу.
    По-над отцветью стану выть и
    Выпью сирою токовать:
    Лето выдалось на событья
    Нищим. Что напоследок взять?..
    Исписался. Поисчитался.
    Стал скупей на соцветья слов.
    А в кленячьих глазах усталых -
    Терпеливость, недетский зов.
    И прозренье ввергает в трепет,
    Оглоушив среди тщеты,
    Что в диффузной лавине летней
    Микроатомом был и ты.
    И тебя это лето щедро
    Одарило - не зачеркнуть:
    Расставальных набегов щепкость
    И тетрадочная рифмуть.
    Мялось тесто под рвеньем бабки
    В узловатости сильных рук,
    И укроп зеленел в охапках,
    И чернел сковородный круг.
    Отражалось хайло забора
    В бурой ряске прудовых вод...
    Значит - есть что забрать с собою,
    Значит - было полно всего,
    Чем разбрасывался помногу,
    Что устраивало вполне.
    Всё, что лишь с истеченьем срока
    Непомерно растёт в цене,
    Полной ложкою, подносимой
    К иссушённому жаждой рту,
    Выносимо, неуловимо
    Отдаляется за черту.



    Египетское


    Втиснуть слово, как в дверцы набитого автомобиля,
    В булимию баулов и ропчущий рёв рюкзаков.
    Эсэмэся прощальное "чао" случайной бамбине,
    Не заметить, как звёзды в тумане, зарёю разбитом,
    Обретут очертания сложенных в щепоть крестов.
    Пристегнуться, качнуться и марево неба раздвинуть.
    Провалиться блаженно в густой и туманный покой.
    Зная: не выбирают, которою смертью погибнуть -
    Если можно, пожалуйста, Господи, всё же такой.
    С облаков опуститься на грешную землю по трапу
    И, вонзаясь внезапною мыслью в сиротский изгиб,
    В невесомость упасть, принимая ударом отраду.
    И очнуться с весёлой тоскою: опять не погиб.



    ***


    Держа онемевшую руку,
    На вечную глядя межу,
    Кто б ни был ты – друг ли, подруга, -
    Я место тебе покажу,
    Откуда небесная бездна
    Чиста, как мечта и слеза;
    Где можно бесстыдно и честно
    Смотреть только книгам в глаза;
    Где время, налитое жаром,
    Сочнеет меж кронами строк,
    И стынет гордыня навара
    Дурного, как чай-дристунок,
    И рвётся кривого покроя
    Тоска, что халат на крючке,
    И горло, хрипящее кровью,
    Скрывается в каждой строке.
    И в страхе молчащее Слово,
    И каждый исторгнутый звук
    Такого исполнены зова,
    Что людно… и пусто вокруг.


    ***


    Знаю, мне будет голос, - не ангела пенье, не ропот:
    Среди запахов райских за стойкой отлаженный текст.
    Жизнь предъявит мне счёт, как примерный макдаковский робот,
    И сболтнёт: "Приходите ещё", заглушая протест.
    ... Я люблю этот город до одури, честно-свирепый,
    Где улыбка разбитого рта перекошенно-страшно легка,
    Но всё так же разлаписто странноприимное небо,
    Да бери не хочу, - облака, твою мать, облака.
    Вот знакомый подъезд, где в углах паутина и плесень
    Расп...дошили грёзы о beautiful life на корню.
    Здесь есть девочка Настя, которой я чужд. Бесполезен.
    Здесь есть девочка Настя. Зайду на этаж. Позвоню.
    Прошмандовкой дворовой недавно была, и болела
    Баскетболом и песнями группы "Тату", и котят
    Подбирала, кормила с руки, а теперь - королева
    Отморозков. Дымит, развалившись. Эффектный затяг.
    Знаю этот сценарий: лавэ, полторашечка пива.
    Разговорчик - делов-то: гудбай, если нет ни гроша.
    Позвонил кто-то. Походя отматерила лениво.
    Хороша в шубе норковой, фря, как пить дать хороша.
    И какое-то опустошенье, надсадно вонзаясь
    Острой пикой в затылок, толкнуло, заставив уйти.
    По-ахматовски споро "сбежала, перил не касаясь".
    Догнала у подъезда. "Куда ты ушёл? Заходи".
    ... Ты, придурок, подумал, что жить без неё нету мочи?..
    Ведь решил - и, наверное, правильно. Сопли утри.
    Облака, облака... "Молодой человек, ваша очередь".
    "Гамбургер. Кола. Картофель фри".



    ***


    Мне было прозренье, когда я точил карандаш
    (И он не желал искажаться под варварским игом):
    "Ты больше не будешь лошить. Ты за грош не продашь
    Душонку на рынке блошином - лже-жизни по книгам".
    Так я рассуждал под раскатистый хохот небес
    (От моралите методично вращалась точилка),
    Что мир - не кумирня, а скошенный быт ЦРС -
    С общажным весельем и личной - на ощупь - кручиной,
    Где двое сроднились на почве отдельных невзгод:
    Он слепо влюблён (часто зрячие девки бросали);
    Она - в безнадёге (ведь больше никто не клюёт)...
    И оба - в одну комнатушку с табличкой по Брайлю.
    А я не сказал вам о главном (так прячут под кат
    ЖЖ-шные тексты) - что, будучи крив и оплошен,
    Я верю не моде - обноскам из дыр и заплат,
    И рваному сраму страниц - а не глянцу обложек.
    Но - дуростью максим, которыми сам же томим,
    Нелепицей слов, обнулением императива:
    За окнами - пруд, и замёрзшие ветви над ним
    Раскинула по-матерински огромная ива.


    ***
    Ю. Ш.


    Шибануло полынью - от запахов давних не деться.
    Сколько лет, сколько глаз полувыклевало вороньё!..
    Hi, подруга далёкого провинциального детства!
    Вновь отрадно сидим, поливая соплями быльё.

    Ты осталась такой же - смешною в запальчивом вето.
    Было лето!.. Плевки, панибратство, с щербинкой вокзал...
    (Пригвождаем - чтоб выстрела в прошлое из пистолета
    Избежать, оттянув неминуемый пушечный залп).

    Под окном у тебя разбирался со мною твой хахаль.
    (Не скрывай - тоже было: отбито на мраморе дней).
    Он не знал, что была для меня ты сестрой, младшей птахой.
    Просто слово - "сестра". Но не скажешь трагично-точней.

    Наше первое пиво, и партии в фишки, и гонки
    За кумирами детства, - в сладчайший сливаются миг.
    Чуть в размерах уменьшился дворик, где наши погодки -
    Сотоварищи игр - со своими гуляют детьми.

    Отвечаешь надменно теперь на вопросы о личном,
    И фамилии прежних "любовей" щемяще-смешны.
    Было-было!.. Бодливые максималистские стычки.
    Но как данность - о, письменный стол!.. о, четыре стены!..

    О, нелепая блажь, нас на жизнь раскроившая круто!..
    Было взросло и разно. Менялись то радость, то муть.
    Но скакни время вспять - я б его вот на эту минуту
    Крутанул - ради встречи с тобой, и ещё потому,

    Что - отнюдь! - ни о чём не жалею. А осень красива!
    И, упрямо сгущая вокруг ностальгический смрад,
    Я спрошу про подругу твою (удержаться не в силах!..),
    Что была для меня чем-то большим - иным, чем сестра.



    ***


    Здесь любой происходит из детства,
    Хоть всосал неослабного роль.
    Каждый – стылого раб самоедства
    И Земли с малолетства король.
    И бодрятся, и падают духом,
    Гордо делают вид на виду,
    От чужого прозренья и слуха
    Персональную пряча беду.
    Мол, от маски уже не отвыкнем,
    Небеса подпирая плечом.
    Ну а ты – мизерабль, олух – ты к ним
    С чем придёшь и расскажешь о чём?..
    Что душонку невзрачную холишь,
    Будто это родная стерня?..
    Что с людьми – реалист-меланхолик,
    А внутри – интроверт-экстернал?..
    Или кинешь про амбивалентность,
    Курам на смех – про сон и про явь…
    Но - земля, уводящая лентой,
    Но - река, уносящая вплавь.
    Так что, правил игры не нарушив,
    По-дежурному морду криви…
    … О гуденье волынки пастушьей, -
    Помесь зова, слезы и любви…



    ***


    "... Я давно хочу и не решаюсь сказать вам, что ваши стихи отравлены смыслом..."
    Леонид Шевченко - Татьяне Бек (в телефонном разговоре).

    И хотелось, кололось, но Город писать не велит.
    И чесалась рука. Ощущал, что не Гоголь пока,
    Словно "Мёртвые души", сжигая два вшивых листка, -
    Тактовик с матерком и отравленный смыслом верлибр.
    Маршируя в различных строях, как безумный солдат,
    Выбивался из всех постепенно, в том не виноват.
    Стал добрей и терпимей, чем злобу вдвойне вызывал.
    Обещал не любить, не прощать, - просто тупо солгал.
    Вновь метался в метро (кольцевые давили, как спуд)
    И лодыжки ломал, раскорячась на сотни дорог.
    Был плачевен желанный итог: словно в лужу щенок,
    Оказался в голимое предназначение ткнут.
    Прямо в руки давалась лощёная пестрядь-блесна.
    Обретая покой - никакой, эфемерный, как смог, -
    То в одной, то в другой, - не заметил две тыщи восьмой.
    Не смотря на меня, дурака, наступала весна.



    ***

    "Жизнь, которая - дар, как её ни корёжь..."
    Татьяна Бек


    Не удача, а что-то десятое,
    и не жизнь, а её силуэт.
    Так на окна вечерние падает
    за просветом скользящий просвет.
    Не куренье, а что-то пассивное -
    загустевший отеческий дым;
    ночью взвывы сирен заунывные,
    и в мафоне - певица Максим.
    "Баклер", безалкогольный и приторный;
    до подъезда - и пехом домой;
    да в метро назидания п...ра,
    ветерана восьмой мировой.
    Не погода - раздрай и распутица.
    Фонарями прожжённый Арбат.
    На закорках - случайная спутница
    (не должон - стал быть, не виноват).
    Это амикошонское "Please, Борюсь" -
    по мозгам отсыревшим песком.
    А на улице - изморозь, из-мо-розь,
    словно напоминанье о том,
    что отхлынет немудрая, мудная
    (искони - искорёжь, искори -
    как та самая - смутная чудная,
    но неслышимая изнутри).


    Произведение вошло в лонглист конкурса. Номинатор - Дорога 21
    © Борис Кутенков. Небесная бездна

15.04.11. ФИНАЛИСТЫ конкурса-акции "РУССКИЙ ХАРАКТЕР: НОВЫЙ ВЗГЛЯД" (публицистика) - в рамках Илья-премии:: 1. Кристина Андрианова (Уфа, Башкирия). По дороге к надежде, записки. 2. Вардан Барсегян (Новошахтинск, Ростовская область). Русский дух, эссе. 3. Оксана Барышева (Алматы, Казахстан). Верность родному слову, эссе. 4. Сергей Баталов (Ярославль). Воспитание характера, статья. Уроки рыбьего языка, или Дао Иванушки-дурачка, эссе. 5. Александр Дудкин (Маза, Вологодская область). Болезнь роста. Лишь бы не было войны. Бессмысленная беспощадность. Коллективизм индивидуалистов, заметки. 6. Константин Иванов (Новосибирск). Конец русского характера, статья. 7. Екатерина Канайкина (Саранск, Мордовия). Русский характер, эссе. 8. Роман Мамонтов (Пермь). Медный разрез, эссе. 9. Владимир Монахов (Братск, Иркутская область). Доморощенная сказка про: русское "можно" и европейское "нельзя", эссе. 10. Евгений Писарев (Тамбов). Зал ожидания, заметки. 11. Дмитрий Чернышков (Бийск, Алтайский край). Спаситель №25, эссе. 12. Галина Щекина (Вологда). Размышления о русском характере, рассказы. Конкурс проводится Фондом памяти Ильи Тюрина, журналом "Журналист" и порталом для молодых журналистов YOJO.ru. Окончательные итоги конкурса будут подведены в Москве 14-15 мая 2011 года – в рамках литературных чтений "ИЛЬЯ-ПРЕМИЯ: ПЕРВЫЕ ДЕСЯТЬ ЛЕТ".


ПРОЕКТЫ ЛИТО.РУ

ТОЧКА ЗРЕНИЯ: Современная литература в Интернете
РУССКИЙ ЭПИГРАФ
Литературный конкурс "БЕКАР"
Имена Любви
Сатирикон-бис
Дорога 21
Шоковая терапия

Кипарисовый ларец
Кирилл Ковальджи
Памяти А.И.Кобенкова
Дом Ильи

ССЫЛКИ

Достоинства кондиционеров hitachi в Инверторной технологии!!! установка имплантов
Спонсоры: эмиграция италия для вас.
Последние новости на тему "Chris Cornell"
комментарии про профилактика кондиционеров




 

© Фонд памяти Ильи Тюрина, 2007. © Разработка: Алексей Караковский & студия "WEB-техника".